Мы, евреи, - народ героический. Мы воевали вместе со всеми и не хуже других.


И.М.Левитаc

ПОСВЯЩАЕТСЯ: Евреям России XX века, принимавшим активное участие в боевых действиях и строительстве государства.

Пятница, 06 сентября 2013 10:59
Герой Советского Союза
Полковник

Шапиро Валентин Ефимович

1922 - 1996
совершил 592 боевых вылетов, в том числе 455 на разведку войск противника; в 48 воздушных боях сбил 12 самолетов противника

Герой СССР

Орден ЛенинаОрден красного знамениОрден красного знамениОрден красного знамениОрден красного знамениОрден Отечественной войны 1 ст

Орден Отечественной войны 1 стОрден красной звездыОрден красной звездыОрден за службу в Вооруженных Силах СССР 3 стМедаль за оборону СталинградаМедаль за победу над Германией

Награды

Награждён орденом Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды, орденом "За службу Родине в Вооружённых Силах СССР" 3-й степени, медалями.


Звания  

старший сержант 1942

лейтенант

старший лейтенант - 1944

капитан

майор

подполковник

полковник


Должности

командир звена 31-го гвардейского истребительного Никопольского Краснознаменного ордена Суворова авиационного полка 6-й гвардейской истребительной Донской-Сегедской Краснознаменной ордена Суворова авиационной дивизии 3-го гвардейского истребительного авиационного корпуса 5-й воздушной армии 2-го Украинского фронта

командир авиационного полка


Биография

Шапиро Валентин Ефимович - командир звена 31-го гвардейского истребительного Никопольского Краснознаменного ордена Суворова авиационного полка 6-й гвардейской истребительной Донской-Сегедской Краснознаменной ордена Суворова авиационной дивизии 3-го гвардейского истребительного авиационного корпуса 5-й воздушной армии 2-го Украинского фронта, гвардии старший лейтенант.

Родился 20 июля 1922 года в городе Батуми (Грузия) в семье военнослужащего, пограничника. Еврей. Окончил 10 классов. 

В 1940 году призван в Красную Армию и поступил в Сталинградскую военно-авиационную школу пилотов. Здесь встретил начало Великой Отечественной войны, получил известие о гибели в Прибалтике отца, офицера-пограничника. Летом 1942 году молодой летчик окончил учебу и убыл в действующую армию. Член ВКП(б)/КПСС с 1943 года.

На фронте с сентября 1942 года. Старший сержант Шапиро получил боевое крещение и одержал первые победы в боях на подступах к Сталинграду в составе 9-го гвардейского истребительного полка. Опыт, полученный на Сталинградском фронте и при защите Ростова, Батайска и переправ через Дон, он успешно применял в 273-м (с 22 ноября 1942 года - 31-м гвардейском) истребительном полку той же дивизии. В составе этого полка прошел до конца войны, воевал на Южном, 4-м, 1-м и 2-м Украинских фронтах. Был дважды ранен, но всегда возвращался в строй.

К маю 1945 года командир звена гвардии старший лейтенант Шапиро совершил 592 боевых вылетов, в том числе 455 на разведку войск противника; в 48 воздушных боях сбил 12 самолетов противника. 

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 мая 1946 года за образцовое выполнение заданий командования и проявленные мужество и героизм в боях с немецко-фашистскими захватчиками гвардии старшему лейтенанту Шапиро Валентину Ефимовичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 8983).

После победы остался в армии. В 1950 году окончил Военно-воздушную академию. Командовал авиационным полком. С 1978 года полковник Шапиро - в запасе. Жил в посёлке Заря Балашихинского района Московской области. Вёл активную общественную работу, был отличным педагогом. Скончался 25 сентября 1996 года. Похоронен на Николо-Архангельском кладбище в Москве (участок 74а).

Награждён орденом Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды, орденом "За службу Родине в Вооружённых Силах СССР" 3-й степени, медалями.

В поселке Заря Балашихинского района Московской области на доме №6 по улице Лесной, в котором в 1970-1996 годах жил Герой, установлена мемориальная доска.       

Биографию подготовил Сергей Каргапольцев    Источники Герои Советского Союза. Краткий биографический словарь. Т.2. М., 1988 Цкитишвили К.В.,Чинчилакашвили Т.Г. Герои Советского Союза из Грузии. Тб,1981

 

Из воспоминаний

 

Профессия лётчика - истребителя сама по себе противопоказана людям пассивным, безынициативным, несамостоятельным. Она постоянно требует развития прямо противоположных качеств. Для воздушного же разведчика смелость и инициативность - качества решающие.

 

В 273-м истребительном авиационном полку 8-й Воздушной армии людей, обладавших подобными свойствами, было немало, но среди них хладнокровием и умением в считанные секунды оценить обстановку и принять неожиданное для противника решение отличался лётчик Валентин Шапиро. Был он сыном военного, получил прекрасное воспитание. Отец его перед войной занимал высокий пост в пограничных войсках и в начале войны был среди тех, кто принял на себя первый удар фашистов, вероломно вторгшихся в пределы нашей страны. В самые тяжёлые первые дни войны отец лётчика пропал без вести - скорее всего, погиб в приграничных районах в Прибалтике. Сын в то время учился в Качалинской лётной школе, которую успешно закончил летом 1942-го года - как раз тогда, когда война вплотную подошла к Сталинграду. Свою боевую биографию В. Е. Шапиро начал в тяжелейших сталинградских боях.

 

Известно как тяжело было молодым лётчикам втягиваться в боевую жизнь на первых этапах войны, особенно на Сталинградском фронте. Очень немногие из них остались в живых в те месяцы. Валентин Шапиро прошёл сквозь сталинградские бои. Был ранен, но выжил и спустя полгода после начала своей боевой деятельности, несмотря на лётную и боевую молодость, уже был закалённым и опытным воздушным бойцом. На земле это был немногословный, скромный человек, в воздухе - хладнокровный и умный боец, надёжнейший боевой товарищ. После выполнения боевого задания он всегда докладывал обстоятельно, точно и только по существу дела, так что, как правило, после его докладов никаких дополнительных вопросов у командования не возникало. Задания ему поручались сложные.

 

Однажды Шапиро вылетел с напарником на разведку вражеского аэродрома около станции Иловайская. Задание было непростое. Командованию стало известно, что на этот участок фронта противник перебросил новое авиационное соединение. Требовалось не только установить численность базирующихся на аэродроме самолётов, но и их принадлежность.

 

Надо сказать, что разведка крупных вражеских аэродромов всегда относилась к одному из самых сложных видов заданий. Во - первых, аэродромы, как правило, хорошо прикрыты и зенитным огнём, и с воздуха. Во - вторых, подобное задание с большой высоты выполнить трудно даже при хорошей погоде: чтобы рассмотреть опознавательные знаки вражеских самолётов, надо снижаться. А снижаться над вражеским аэродромом - это уже совсем непросто: ведь маневр чаще всего происходит на глазах противника. Даже опытному лётчику есть над чем подумать, прежде чем отправиться на подобное задание.

 

Шапиро это сложнейшее задание выполнил и по возвращении, как всегда сдержанно и очень точно, доложил о том, сколько самолётов на этом аэродроме, какие именно это самолёты. И хотя доклад, как обычно, никаких сомнений не вызвал у командира полка и данные, которые привез лётчик, были чрезвычайно важными, Полковник Б. Н. Ерёмин почувствовал, что полёт этот был достаточно необычным; очевидно, Шапиро по своей природной сдержанности опускает ряд деталей, которые, надо полагать, считает второстепенными. Между тем из доклада лётчика следовало, что он на очень низкой высоте произвёл несколько заходов над вражеским аэродромом, а немцы не стреляли. Стрельбу они открыли только тогда, когда, выполнив задание, наши разведчики стали удаляться от объекта... Это было странным, и командир попросил подробнее рассказать об этом. И тут открылось любопытное обстоятельство.

 

Когда Шапиро и его ведомый вошли в зону аэродрома противника, им неожиданно помогли сами немцы. Но это нужно было вовремя и правильно понять. Короче говоря, едва наши истребители появились в поле зрения наблюдателей противника, как Шапиро вдруг услышал по радио чётко произнесённые русские слова: "Видите ли вы посадочное "Т" ?"

 

Спрашивала с земли женщина. В сложившейся ситуации вопрос прозвучал достаточно неожиданно - вместо ожидаемых трасс "эрликонов", вместо сконцентрированного огня зенитных батарей и возможного воздушного боя с "Мессерами"...

 

Будь Шапиро менее опытным лётчиком, он мог бы замешкаться с ответом, не сразу бы нашёлся, как поступить и тем самым выдал бы свои сомнения. А это означало бы - в лучшем случае ! - срыв боевой задачи... Но Шапиро без всяких колебаний включился в этот странный диалог: "Посадочное "Т" вижу." С земли доброжелательным тоном последовало: "Производите посадку".

 

Шапиро моментально понял, какой удобный случай им неожиданно представился. Сделав вид, что приказ ими принят, ведущий и ведомый спокойно начали снижаться над вражеским аэродромом. Голос, прозвучавший в фашисткой радиостанции, как бы охранял их от зенитного огня и атак "Мессершмиттов". Разведчики снизились до бреющего и прошли вдоль стоянок самолётов. Ведомый был чуть выше, Шапиро же шёл над самой землей. Стоянки фиксировались отчётливо, но знаки на самолётах разобрать не удавалось - слишком велика была скорость.

 

Тогда Шапиро пошёл на второй заход. Он выпустил закрылки, имитируя посадку, и, как он потом рассказывал, до предела "затяжелил" машину, уменьшил скорость. "Як" едва держался в воздухе на высоте не более полутора - двух метров над полосой. В конце полосы, сбоку, находилось какое - то аэродромное здание, возле которого собрались несколько десятков фашистских лётчиков. Они с любопытством наблюдали за действиями советского истребителя, делали жесты, переговаривались.

 

Только высокое лётное мастерство помогало держать машину в воздухе нашему лётчику. В то же время он, не переставая, вёл по радио "гусарскую" болтовню с девицей, расспрашивая её о всяких пустяках и ничем не выдавая своего напряжения. Больше всего его волновало в тот момент, говорил он, чтобы его напарник, с которым он не мог перекинуться словом, правильно его понял. Дело в том, что напарником у него был лётчик, незадолго до этого вылета вернувшийся из госпиталя. Лётчик опытный, но своего ведущего он знал мало. "Поэтому, - говорил Валентин, - он мог и не разобраться что к чему и шарахнуть... Я же действительно почти полностью имитировал посадку..."

 

Вражеская радиостанция, не понимая характера маневра Шапиро, вдруг взорвалась нетерпеливыми призывами поскорее производить посадку. Но Шапиро, умело подобрав скорость и высоту, всё - таки уже рассмотрел вражеские машины. Он начинал очередной разворот над аэродромом - теперь ему надо было немедленно набирать высоту и уходить, - как вдруг произошла осечка. Причину воплей с радиостанции он понял быстро: над аэродромом появился Ju-88 и стал заходить на посадку. Всё складывалось как нельзя лучше: можно было сделать вид, что он уступает посадочную полосу Ju-88, атаковать его и уходить. Но тут нервы подвели ведомого: увидев вражеский бомбардировщик, он внезапно открыл по нему огонь с очень большого расстояния. Ju-88 развернулся и стал уходить. Остальное Шапиро делал число автоматически: он слегка довернул свой "Як" и почти в упор дал длинную очередь по фашистам, скопившимся возле аэродромной постройки. Затем, подав команду ведомому, на бреющем на большой скорости стал уходить. С сильным опозданием вслед им ударили вражеские зенитки...

 

Вот такой был вылет... По возвращении Шапиро нарисовал на схеме конфигурацию всех стоянок самолётов. Данные его разведвылета были очень важными. Они использовались для нанесения ночного бомбардировочного удара по этому аэродрому. Командир полка не случайно попросил Шапиро рассказать о деталях этого вылета: он знал, что этот лётчик излишне сдержан при докладах.

 

...Полк базировался недалеко от линии фронта, наши войска наступали, и противник пытался сдерживать наступление частыми бомбардировками, которые он производил мелкими группами Ju-87 и Ju-88. Не исключалось и то, что какой - нибудь одиночный немецкий бомбардировщик или небольшая группа попытаются бомбить и наш полевой аэродром. Поэтому командование иногда поднимало лётчиков в воздух дежурить над аэродромом. И однажды в воздух был поднят Валентин Шапиро. Командир полка предупредил его, что от аэродрома он отходить никуда не должен и командный пункт будет с ним постоянно на связи.

 

Шапиро кружил над аэродромом в пределах визуального наблюдения с земли, а когда облака закрывали небо над аэродромом, его запрашивали с КП по радио, и он отвечал, что обстановка в воздухе спокойная. Валентин патрулировал над аэродромом один. Резон был в том, что с одиночным бомбардировщиком он прекрасно справился бы сам, а если бы подошла группа, то у него вполне хватало умения завязать бой и помешать группе с ходу нанести удар, а тем временем командир полка мог бы сразу поднять ему на помощь пару звеньев истребителей.

 

Всё шло нормально, но вдруг на какой - то вызов командира лётчик не ответил. Командир подождал несколько минут и снова повторил вызов. На этот раз Шапиро отозвался сразу и доложил, что обстановка в воздухе спокойная. На вопрос командира, почему он не ответил на предыдущий вызов и куда он уходил, Шапиро как ни в чём не бывало доложил, что он никуда не уходил и обстановка в воздухе спокойная. Но на КП не поверили, поняли, что он нарушил лётную дисциплину, и потому руководитель полётов решил по окончании полёта как следует "пропесочить" лётчика.

 

В.Е.Шапиро.

Шапиро изящно произвёл посадку, доложил о выполнении задания, ещё раз повторив, что обстановка в воздухе была спокойной, а командир, выслушав доклад, сделал ему замечание за нарушение дисциплины в воздухе. Валентин выслушал это совершенно невозмутимо. В этот момент вдруг зазвонил телефон, и из вышестоящего штаба попросили объявить лётчику Шапиро благодарность.

 

Оказывается, в тот момент, когда он не вышел на связь, лётчик заметил над линией фронта "Раму" - немецкий корректировщик FW-189, - тут же атаковал её и сбил на глазах у представителя штаба Воздушной армии и наземного командования. Но поскольку при этом он действительно на несколько минут отлучился из указанной ему зоны патруливания, то предпочёл о проведённом бое сразу не докладывать... Пришлось уже командиру полка перестраиваться и объявить лётчику благодарность, которую он принял всё с той же присущей ему невозмутимостью...

 

Валентин Ефимович Шапиро до конца войны произвёл 592 успешных боевых вылета, в 48 воздушных боях лично сбил 12 вражеских самолётов. Дважды был ранен. Стал Героем Советского Союза. В звании Полковника был уволен в запас, и немало его воспитанников, которым он дал путёвку в небо, служат сейчас в частях ВВС.

 

Список известных побед Старшего лейтенанта В. Е. Шапиро:
( Из книги М. Ю. Быкова "Асы Великой Отечественной".  Изд. "ЯУЗА" - "ЭКСМО", 2007 г. )

 


п / п
Д а т а Сбитые
самолёты
Место воздушного боя
( одержанной победы )
Свои
самолёты
1 14.09.1942 г. 1  Ме-109 з-д "Красный Октябрь" Як-1, Як-9.
2 25.03.1943 г. 1  Ju-88 юж. Морская
3 10.04.1943 г. 1  FW-189 сев. - зап. Куртуков
4 02.07.1943 г. 1  FW-189 Красный Луч
5 23.10.1943 г. 1  Ju-88 зап. Данило - Ивановка
6 31.10.1944 г. 1  FW-190 Кечкемет
7 02.11.1944 г. 1  FW-190 Уйхартьян
8 16.01.1945 г. 1  Ме-109 юго - вост. Бичке
9 1  FW-190 сев. Эрчи
10 1  Ju-52 Будапешт  ( центр )
11 23.03.1945 г. 1  Ме-109 юж. Байот
12 17.04.1945 г. 1  FW-190 Прживце

      Всего сбитых самолётов - 12  ( лично );  боевых вылетов - 592;  воздушных боёв - 48.


 

данный материал взят с сайта "Герои страны"

 

 

 

Прочитано 1283 раз
При использовании материалов сайта ссылка на www.jewmil.com обязательна.

Фотографии