Мы, евреи, - народ героический. Мы воевали вместе со всеми и не хуже других.


И.М.Левитаc

ПОСВЯЩАЕТСЯ: Евреям России XX века, принимавшим активное участие в боевых действиях и строительстве государства.

ПАМЯТЬ, ПАМЯТНИК И БЕСПАМЯТСТВО

Владислав Кац

 

Началось всё с Памятника. Довольно скромное, конусообразное сооружение из оштукатуренного бетона, с давних лет украшает небольшой скверик в городе Туапсе. Горожанам он известен как «Памятник Морякам». Морская тема подчёркивается атрибутикой - стальными якорями и якорными цепями, входящими в ансамбль памятника, являющегося объектом культурного наследия регионального значения.

В Центральном Музее Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.( Москва) туапсинский «Памятник Морякам» зарегистрирован как «Братская могила 19 советских воинов, погибших при защите города от фашистских захватчиков».

На каждой из трёх граней монумента закреплены плиты, с краткими сведениями о погибших воинах: фамилия, имя-отчество, воинское звание. У некоторых указано последнее место службы. У лейтенанта Якова Ароновича Мазлера, ст.краснофлотцев Перевозникова Ивана Николаевича, Башмакова Павла Михайловича и Морозова Степана Дмитриевича в качестве места службы зафиксирован «гв. СК 065», то есть, гвардейский сторожевой катер №065.

Получить более детальную информацию о погибших, чтобы иметь представление в какие годы и где они росли, учились, воевали, сегодня практически невозможно. Разве что о капитан-лейтенанте Бондаренко Михаиле Григорьевиче - он посмертно удостоен звания Герой Советского Союза - в разных сборниках помещены несколько очерков.

 

Боевая история СК 065 широко известна не только на Черноморском, но и на остальных российских флотах.

4 апреля 1943 г. в газете «Красный Черноморец» был опубликован материал капитана М.Будницкого. Автор поведал читателям о стойкости в бою экипажа катера 065, перечислил имена наиболее отличившихся моряков. Несколько строк автор посвятил помощнику командира катера лейтенанту Мазлеру, тяжело раненному в голову.

Позже военные историки, писатели и журналисты не раз упоминали о битве экипажа СК-065 с немецкими самолётами 25 марта 1943 года.

На Чёрном море длительное время главную опасность для конвоев и транспортов представляла авиация противника. В открытом море укрыться от атак с воздуха невозможно. По этой причине на участке Туапсе — Геленджик плавали исключительно малотоннажные суда – баржи, катера, парусно-моторные шхуны.

Вовсе отказаться от использования трассы было невозможно, поскольку в Геленджике находился командный пункт Новороссийской группы советских войск. Все части, оборонявшиеся на Новороссийском направлении, получали боеприпасы, топливо, продовольствие, с Туапсинской военно-морской базы.

Начиная с февраля 1943 года и вплоть до освобождения Новороссийска, почти каждую ночь на Малую землю из Геленджика уходили суда с войсками, боеприпасами и провизией. И нередко в пути разыгрывались бои с немецкими торпедными катерами и самолётами.

Так совпало, что 25 марта, когда под охраной «СК-065» в очередной рейс ушли транспортное судно «Ахиллеон» и три шхуны, специализированная авиагруппа люфтваффе «Морские охотники» вылетела бомбить доки в Геленджике. Вероятно, они обнаружили в море советские транспортные суда, шедшие в том же направлении, о чём радировали на свою базу.

«В 6 часов 30 минут в районе Геленджика конвой подвергся атакам восьми вражеских самолетов. Дружный и меткий огонь зенитчиков сторожевого катера заставил самолеты противника сойти с боевого курса и беспорядочно сбросить бомбы.

Через полтора часа на конвой налетело еще 20 самолетов. Огнем береговой зенитной артиллерии, «СК-065» и самолетами-истребителями Черноморского флота была отражена и эта атака противника.

В 12 часов 30 минут, когда транспорт и шхуны уже стояли у причала, вражеская авиация предприняла третий налет. На этот раз налетело 30 Ю-88, которые группами по два — три самолета пикировали на транспорт и «СК-065». В этот день гитлеровцы сбросили на наши суда более 100 бомб, многие из них разорвались вблизи катера, осыпав его градом осколков ». (Кирин И.Д. «Черноморский флот в битве за Кавказ»).

По воспоминаниям командира катера Павла Павловича Сивенко, в ту пору старшего лейтенанта, можно представить в каких адских условиях действовали моряки, на протяжении нескольких часов, пока немецкие лётчики продолжали попытки расправиться с ними.

«Хотел бы акцентировать внимание на конкретных примерах героизма в том бою… Одну, вторую, третью рану получил боцман Антоненко. Но он продолжал вести бой из пулемета, пока не упал. Крупным осколком вывело из строя носовую пушку и тяжело ранило помощника командира лейтенанта Якова Ароновича Мазлера, до войны работавшего журналистом в московской газете, но он продолжал стрелять из пулемета ДШК, пока взрыв бомбы рядом окончательно не вывел его из строя. Комсомолец Марочкин(так в тексте), получив несколько ранений, продолжал подносить патроны к пулемету. Не оставили носовое орудие Григорьев, Степан Скляр и Перевозников. Все они были ранены, но огня не прекращали…

В Геленджике мы оставили в госпитале своих тяжелых раненых, в том числе и моего помощника лейтенанта Якова Ароновича Мазлера, последние слова которого врезались мне в память: «Меня не трогайте. Передайте сестре в Москву, что я свой долг выполнил. Спасайте матросов...»

Яша умер от ран, и стал единственным членом моей команды, который погиб в годы войны».

Безусловно, Сивенко мог ещё что-то рассказать о Якове Мазлере Оба они были единственными офицерами на сторожевике, вместе учились четыре года. Журналисты, не раз бравшие интервью у Павла Сивенко, не интересовались такими деталями. По этой причине все публикации мало чем отличались одна от другой.

Восстановить основные вехи жизни Якова Мазлера я попытался, используя крупицы биографических сведений о нём, имеющиеся на сайтах «Я Помню!», «Мемориал», письма, Владимира Зайчика, племянника Якова Мазлера.

Родился Яков в приднестровском городке Рыбница, более трети населения которого составляли евреи. Глава семьи Арон Мазлер умер через несколько лет после рождения сына. Воспитанием мальчика занимался отчим, второй муж его мамы. Когда Яков подрос и закончил семилетку, его отправили к родственникам в Одессу, где имелась возможность продолжить учёбу, получив рабочую профессию в фабрично-заводском училище.

Ида, старшая сестра Якова, жила в Средней Азии. В начале 30-х годов она с мужем вернулась оттуда, обосновалась в подмосковном посёлке Тарасовка. К ней переехал Яков. В ту пору ему исполнилось 16 лет, что не помешало парню трудиться на одном из московских заводов. Это было необходимо. При последующем поступлении в вуз он мог, не кривя душой, в соответствующей анкете написать: социальное положение - рабочий.

Яков Мазлер работал и одновременно учился в 10 классе школы. Получив аттестат зрелости, стал студентом московского института . Студенческая жизнь продолжалась недолго. Повестка из райвоенкомата и призыв ЦК ВЛКСМ «Молодёжь – в военные училища!» сделали своё дело. Якова, вместе с группой подобных ему энтузиастов, райвоенкомат направил Севастопольское военно-морское училище. Тогда они, скорее всего, не знали, что училище только-только создаётся. Поначалу курсантам пришлось жить в палатках, на берегу моря. Первые занятия проходили под открытым небом. Сутки делились на три части –учёба, работа на стройке, сон.

Нагрузка по учебным дисциплинам требовала полной отдачи. Изучали основы марксизма-ленинизма, тактику флота, мореходную астрономию и навигацию, морскую артиллерию, минно-торпедное оружие, немецкий язык. Кроме того занимались плаваньем, греблей, бегали кроссы, стреляли.

По завершении каждого курса проходили практику на боевых кораблях..

Кажется, в 1940 году срок учёбы курсантов был продлён на один год, в связи с преобразованием Черноморского военно-морского училища в высшее военное учебное заведение.

Когда, наконец, курсанты сдали государственные экзамены, каждому было присвоено воинское звание «мичман».

18 марта 1941 года они убыли на шестимесячную стажировку, откуда через три месяца в срочном порядке их вернули в Севастополь.

Война на Чёрном море, также как и на западных рубежах, началась 22 июня 1941 года. Немецкие войска стремительно приближались к Севастополю.

Всех выпускников срочно произвели в офицеры и распределили по флотам для дальнейшего прохождения службы. Самую большую группу направили в распоряжение командующего Черноморским флотом адмирала Ф.С.Октябрьского.

Некоторое время новоиспеченных лейтенантов использовали на работах по усилению огневой системы сухопутных оборонительных рубежей Севастополя. Затем лейтенантов Мазлера, Рохлина, Верещак, Сивенко, а с ними ещё несколько человек откомандировали в соединение кораблей Охраны водного района.

Яков Мазлер и Павел Сивенко оказались на Туапсинской военно-морской базе, в 5 дивизионе, на борту сторожевого катера 065. Павлу Сивенко доверили командовать катером, Якова Мазлера назначили помощником командира и секретарём партийной организации.

Экипаж катера 065, вместе с остальными катерниками дивизиона, трудился не покладая рук, выполняя ответственные боевые задачи, каждый раз рискуя нарваться на мину или попасть под бомбы.

Они высаживали в тыл к немцам диверсионные группы, вывозили на материк раненых, отбивали воздушные атаки вражеской авиации, тралили мины, ставили дымовые завесы. Обычная повседневная работа моряков- черноморцев, получавших от командования, в лучшем случае, благодарность. Ни орденов, ни медалей им не полагалось. Вернулись живыми на базу – и на том спасибо.

25 марта 1943 года лейтенант Яков Мазлер погиб. Точнее, умер от ран. Полуживого, в бессознательном состоянии его отправили в госпиталь. По неизвестной причине он не попал в морской госпиталь, начальником которого был подполковник медицинской службы Либерман М.С. 43-й Краснознаменный госпиталь Новороссийской военно-морской базы Черноморского флота с 1942 года находился в Геленджике.

Сведения о лейтенанте Мазлере Якове Ароновиче удалось обнаружить в архивных документах другого госпиталя.

В 14 километрах от Геленджика отвели территорию для ХППГ №77, специализированного госпиталя первой линии. Туда доставляли раненых в голову, шею и позвоночник.

Из записи в журнале регистрации следует, что 25 марта 1943г. в госпиталь привезли труп лейтенанта Мазлера. Захоронили его в населённом пункте Фальшивый Геленджик Краснодарского Края.

Более точные сведения о месте захоронения отсутствуют, как отсутствует на карте края и древнее поселение Фальшивый Геленджик. Партийно-советская номенклатура в середине 60-х годов переименовала село, дав ему более благозвучное название – Дивногорское.

По поводу состояния воинских захоронений товарищи коммунисты головной боли не испытывали

По мнению Алексея Кривопускова, представителя сайта «Территории Поиска», раненых и больных, умерших в ХППГ- 77, хоронили на городском кладбище Фальшивого Геленджика. Точные места захоронений в настоящее время утрачены. Расширения и перепланировки городских кладбищ, уничтожили солдатские могилы.

В Туапсе, казалось бы, наоборот, командование военного гарнизона города ещё в 1943 году позаботилось о том, чтобы увековечить память о погибших воинах. Для этой цели в сквере на площади Ильича соорудили и торжественно открыли памятник. Как получилось, что памятник, с годами обрёл статус братской могилы, понять нетрудно. Администрация города не стремилась вникать в подобные вопросы.

Из документов Героя Советского Союза Бондаренко М.Г. однозначно следует, что он не мог быть захоронен в Туапсе, поскольку 8 ноября 1943 года в районе Керченского пролива он погиб в бою и утонул вместе с катером, на борту которого находился.

К великому сожалению, в ряде случаев, сведения о воинах, чьи имена увековечены на Памятнике, включая фамилии погибших, содержат искажения и несут ложную информацию.

Выше я приводил фамилии краснофлотцев Башмакова, Морозова и Перевозникова. Если верить информации, имеющейся на мемориальных плитах Памятника, они воевали на СК-065. В то же время бывший командир катера СК-065 Сивенко П.П. неоднократно в своих выступлениях и интервью подчёркивал, что Яков Мазлер был единственным погибшим членом экипажа за все годы войны.

Из донесений о потерях однозначно следует, что ст.краснофлотец Туапсинской военно-морской базы Башмаков П.М. был убит 7 февраля 1943г.,то есть за месяц до исторического боя экипажа СК-065.

Морозов Степан Дмитриевич в списках потерь не значится. Выяснено, что 13 августа 1943 г. был убит красноармеец Мороз Степан Дмитриевич, служивший в 410 мотострелковом батальоне Туапсинской военно-морской базы. Он похоронен в населённом пункте Кревенков Туапсинского района.

Нет ясности относительно Перевозникова И.Н. Просматривая наградные материалы на членов экипажа СК-065 я наткнулся на следующую фразу: « Осколками бомбы, разорвавшейся у борта катера, был убит наводчик Перевозников». (Наградной лист на ст.краснофлотца Скляр). Кроме того, другими архивными документы подтверждается гибель в бою 25 марта 1943г. старшего краснофлотца Перевозникова Ивана Николаевича, но без указаний на его принадлежность к экипажу СК-065. Об участии Перевозникова в памятном бою рассказывал и Сивенко П.П.

Приказом командующего Черноморским Флотом от 3 июля 1943 года 14 членов экипажа катера были награждены орденами и медалями. Фамилия Перевозников в списке награждённых отсутствует.

В тот «наградной» приказ не попал и лейтенант Мазлер Я.И.

О нём вспомнили много позже. Приказ о награждении лейтенанта Мазлера Якова Ароновича орденом Отечественной войны 1-ой степени, посмертно, состоялся 2 декабря 1943г. , когда весь экипаж катера давно щеголял своими «боевиками», «звёздочками» и медалями «За Отвагу».

К тому времени погибли многие, из числа однокашников Якова Мазлера по училищу. Первым не стало Рувима Пейсаховича Гимельмана. Он служил командиром батареи на лидере «Ташкент». 2 июля 1941года группа немецких самолётов атаковала и потопила корабль, стоявший у причала.

При высадке десанта в Новороссийске погиб командир СКА- 0102 Верещак Семён Яковлевич. Умер от ран командир бч-2 СКР «Дон» Мордух Аронович Штейнман. Погиб в бою командир отряда полуглиссеров Марк Александрович Гафт. Пропал без вести лейтенант Рохлин Михаил Вениаминовч…

Хотелось бы верить, что они, как и все погибшие моряки, не забыты потомками и память о них чтут в Севастополе, Новороссийске, Геленджике, Туапсе и Одессе, а также в тех местах, где появились на свет, учились и работали люди, воевавшие против захватчиков.

Однако в городе Туапсе на памятнике, с надписью «Погибшим в Отечественной войне за Северный Кавказ 1941-1945 гг.» по сей день в искажённом виде представлены фамилии, которые носили погибшие в боях военфельдшер Павел Николаевич Гнедой, красноармейцы 410 стр.батальона ТВМБ ЧФ Виктор Антонович Линкевич и Степан Дмитриевич Мороз.

Какие б проникновенные слова ни звучали ежегодно 9 мая на митингах, приходится констатировать, что Память о павших для некоторых категорий граждан давно превратилась в дежурное мероприятие.

В « ПЕРЕЧНЕ ОБЪЕКТОВ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ, РАСПОЛОЖЕННЫХ НА ТЕРРИТОРИИ КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ (с изменениями на: 25.07.2017)» Памятник 19-ти погибшим воинам зарегистрирован как «Братская могила советских моряков, погибших в боях с фашистскими захватчиками».

Начальник Туапсинского отдела военного комиссариата Краснодарского края представил начальству бумагу, озаглавленную как «Персональные сведения о захороненных б/м морякам ул.Площадь Илича, г.Туапсе».

В этом, с позволения сказать, документе, приведены 19 фамилий, имён и отчеств погибших воинов, естественно, без исправления неточностей. Далее, в графе «место захоронения» против каждой фамилии напечатано «Туапсе». В графе «год рождения» проставлено 18 нулей.

28 апреля 2015г. «Крымская газета» напечатала материал «Они повторили подвиг «Меркурия». Автор поведал читателям о жизненном пути Сивенко П.П., не забыв при этом пересказать историю подвига экипажа СК-065 .

Одна фраза в тексте вызывает одновременно горечь, недоумение и возмущение.

«Ранения получили все члены команды, но ни один не погиб!».

Перл этот принадлежит капитану первого ранга Владимиру Пасякину, редактору газеты «Флаг Родины» Черноморского Флота РФ.

Как говорится, комментарии излишни.

За поддержку, оказанную при изучении темы, выражаю искреннюю признательность родственникам лейтенанта Мазлера Я.А. , москвичам Майе Спектор, Владимиру Зайчонку, Евгению Нуль, а также директору Централизованной библиотечной системы гор.Туапсе Логиновой Н.Г.


Владислав Кац,

Израиль.